<< Russia Georgia News

Танки в первую чеченскую войну

В июне 1999 года в сети появился человек, который принимал участие в первой чеченской войне на стороне сепаратистов. Все его знали как Абрека.

"…Я не 'лицо кавказской', я украинец из Киева. Вследствие некоторых особенностей Уголовного кодекса Украины вынужден обойтись без подробностей, но как уже говорил был я там на чеченской стороне, отсюда и ник. В конце концов сами "настоящие" абреки пока Инетом не балуются, у них сейчас другие проблемы, так что придется временно мне за них "подписаться"...

Танк в городе не жилец. То, что случилось в Грозном - не случайность, а единственный возможный вариант при таком применении бронетехники.
Из собственного опыта: защитить танк от обстрела в кварталах с хотя бы двухэтажной застройкой на моей памяти не удавалось ни разу. От первого, максимум второго попадания из РПГ мотор "восьмидесяток" почти всегда глох, а дальше было простое добивание, нередко обычными бутылками с бензином или "коктейлем Молотова".

Не знаю уж почему (увы, внутри танка не бывал, всегда был по другую сторону), но горели они очень сильно и быстро, в первые дни в Грозном это нас самих очень удивляло - ждали большей живучести. Не видел ни одного случая, когда загоревшийся танк успели бы потушить, чаще всего вскоре после возгорания взрывался боекомплект. Как ни странно, состоявшие в чеченской армии старые Т-72 оказались более живучи, возможно из-за дизеля, а может из-за "голой" брони (никакой дополнит. защиты на них не было), и их русским удалось уничтожить только с вертолетов. "Фаготы" же вообще практически не оставляли танкам шансов, другое дело что у нас их было очень мало и их берегли как могли, обычно обходились РПГ.

Как целые дома, так и особенно развалины дают превосходную защиту от осколков, а гранатометчику нужно ну очень мало времени, чтобы попасть по такой идеальной мишени как танк на улице, да и способов создать затор движения на улицах существует масса. Напротив, на мой взгляд, единственный шанс сохранить в городе танки - пускать их не колоннами, а по одному СЛЕДОМ (а не перед!) за разведгруппами и при поддержке приличного числа пехоты.

Но возникает вопрос: стоит ли овчинка выделки? Может, проще танки в город не пущять, а использовать по прямому назначению? Когда весной 95го "федералы" пустили танки по полям, не запуская в населенные пункты, а раз за разом повторяя старые добрые гудериановские клещи с охватом нескольких сел, окапыванием танков в поле и последующей артдолбежкой по селам, у нас началось столь поспешное отступление, что, пожалуй, его можно назвать бегством, и война очень быстро перешла из фронтовой в чисто партизанскую.

На открытой местности, тем более ровной, танки оказались очень эффективны и слабо уязвимы: стрелять приходилось с большого расстояния, что, во-первых уменьшало число попаданий, а во-вторых делало даже успешные выстрелы из РПГ бесполезными, т.к. никакого добивания уже быть не могло.
По прежнему себя оправдывали только "фаготы", но они были в дефиците. Так что с полей танк действительно исчезнет еще не скоро, а вот в городе ему просто нечего делать - зарэжут (к слову, а зачем его туда вообще вводить).
Были у нас старые Т-72 (т.наз. "Шалинский танковый полк", реально скорее учебный батальон), плюс после январских боев в Грозном добавились несколько трофейных Т-80 (самое прикольное, что трофейные машины свободно ппродавались частным лицам, шли по 30.000 долларов или в обмен на иномарку - "белые" добровольцы хренели от таких порядков, но нохчам нравилось).

Всего по штабным данным нохчей у них было до 80 машин, но почти все уничтожены с вертушек и "Грачей" в первые недели войны. Оставшиеся один - два десятка применялись очень осторожно: группы из 2-4 машин (иногда вообще одиночные танки) выводились на высотку и максимально быстро выстреливали весь боекомплект по заранее разведанным позициям противника, после чего быстро, до прилета вертушек, уходили как можно дальше и маскировались в укрытиях до следующей подобной вылазки. Несмотря на это все равно потери танков от авиации были высоки.

Настоящих же танковых боев, равно как и боев чеченских танков против пехоты РФ не было (или могли быть единичные случаи), т.е. фактически с чеченской стороны танки применялись как передвижные артустановки повышенной маневренности."



Танки Т-72 / 1999 год /

Т-72 участвовали в вооруженных конфликтах на территории бывшего Советского Союза. Во время войны в Челне 1995-9б гг с Российской стороны применялось большое количество бронетехники, в том числе и танки Т-72. Многие Т-72 были раннего выпуска, недавно сняты с консервации и ломались, не выдерживая интенсивной эксплуатации. Лишь некоторые танки были оборудованы динамической защитой, хотя и она мало помогала при массированном обстреле танка из РПГ с близких дистанций. Особенно большие потери в бронетехнике федеральные силы понесли при штурме Грозного.

Среди чеченских боевиков были хорошо подготовленные снайперы-гранатометчики, которые для остановки движения колонны и блокирования бронетехники федеральных войск на узких улицах поджигали головную и замыкающую машины кумулятивными гранатами. Лишившись маневра, другие машины становились хорошими целями для боевиков. Снайперы-гранатометчики тем временем перемещались на другие позиции, а танки, БТР и БМП расстреливались интенсивным многоуровневым гранатометным огнем из близлежащих домов. Боевики прекрасно знали, что дополнительные топливные баки у БМП расположены в дверях десантного отделения, броня БМП не выдерживала удара кумулятивной гранаты. Уцелевший десант либо покидал горящую машину, попадая под прицельный огонь стрелкового оружия, либо оставался внутри нее.

При недостаточном количестве чеченских боевиков на некоторых участках использовались так называемые ловушки. Специально оборудованная огневая точка в здании внезапно открывала огонь по головной машине колонны. Танк или БМП останавливался (экипажи не были подготовлены к ведению стрельбы с хода), чтобы навести пушку и уничтожить ее. В это время рассредоточенные в домах боевики начинали обстрел из РПГ всей остановившейся колонны бронетехники.

Артиллеристам очень трудно было засечь чеченские огневые позиции. Минометные расчеты не оставались на огневых позициях и действовали как «кочующие» подразделения. Установленные на «Нивах», КамАЗах, трамвайных и железнодорожных платформах минометы занимали заранее выбранные позиции с привязкой на местности и, произведя 3-4 выстрела, уходили в укрытие. Аналогичным образом действовали и мобильные группы гранатометчиков, располагавшиеся на специально оборудованных легковых автомашинах со снятыми крышами и задними сиденьями. Наличие подобных мобильных групп давало возможность оперативно организовывать противотанковые заслоны на наиболее угрожаемых направлениях и обеспечивало маневр снайперам-гранатометчикам.

Используя имеющиеся танки Т-72 и Т-62, чеченцы, старались вести скоротечную стрельбу из них в центре города, находясь под прикрытием многоэтажных домов. После нескольких выстрелов танк быстро менял огневую позицию, а ответный огонь федеральных войск наносился, как правило, по жилому дому, был неэффективным и приводил к потерям среди мирного населения.

Как уже говорилось, движению бронетанковых колонн по узким улицам Грозного было организовано классическое противодействие: чаще всего сначала уничтожались головная и замыкающая машины в колонне, после чего из окружающих домов открывался многоярусный огонь на поражение по остальной бронетехнике. Те танки, которым удавалось вырваться, заезжали задним ходом в каменные строения и вели огонь, находясь в окружении. В некоторых случаях экипажам танков удавалось через бетонные заборы вырваться с улиц в достаточно широкие внутренние дворы, где организовывалась крутая оборона.

Большая часть бронетанковой техники, которая продвигалась к центру города по второстепенным магистралям, была подбита сразу или была вынуждена вести бои в окружении без малейших шансов продержаться достаточно продолжительное время. По основным магистралям танки и БМП прорвались в центр города, но, не имея на начало февраля 1996 г.) безвозвратно потеряно 225 единиц, в том числе 62 танка.

Подробный анализ характера поражения танков и бронетехники показал, что 90% попаданий носят однотипный характер. Зоны практического поражения при боевом использовании в членском конфликте танков (при стрельбе из РПГ, кумулятивными снарядами и другими противотанковыми средствами), а также легкобронированной техники (при использовании противотанковых средств и тяжелого стрелкового вооружения).

В любом танке наиболее слабыми являются боковые и кормовые проекции (российские машины и здесь выглядят предпочтительней, потому что имеют в этих местах более мощную броню). При попадании кумулятивной струи в танк Т-80 со стороны слабозащищенного борта и попадании в снаряд возможен взрыв и детонация всего боекомплекта. Такие случаи были зафиксированы в Чечне. Как было установлено, происходит это из-за вертикального расположения боекомплекта в транспортере автомата заряжания. Верхний срез катка, который, как оказалось, в этом случае играет роль эффективного дополнительного экрана, находится ниже головки снаряда. В Т-72 снаряды в транспортере автомата заряжания находятся в горизонтальном положении, поэтому случаев детонации зафиксировано не было. Вертикальное расположение снарядов в Т-80 обусловлено стремлением увеличить скорострельность. Самым оптимальным при этом казался путь сокращения количества операций АЗ, поэтому конструкторы пошли по пути упрощения. Боевое применение этих танков в Чечне выявило этот недостаток.

В 1990 году около 3450 танков Т-72 оказалось на территориях отделившихся республик. Большинство из них отошло Беларуси (1б07) и Украине (1045), но около 800 оказалось на Кавказе: 24б в Армении, 251 в Грузии и 314 в Азербайджане. Не все машины перешли в руки новых хозяев, некоторые из них вошли в состав российской армии. Танки, оставшиеся на Кавкюе, широко использовались в ходе армяно-азербайджанского конфликта и в Грузии. В 1992 году российские Т-72 участвовали в боях в Таджикистане.